Все ваше существо, всякое ваше движение приобретали для меня сверхчеловеческий смысл. Когда вы проходили мимо, мое сердце, словно придорожная пыль, облаком поднималось вслед за вами. Вы были для меня как лунный луч в летнюю ночь, когда все кругом благоухает, когда всюду мягкие тени, белые блики, неизъяснимая прелесть; все блаженство плоти и души заключалось для меня в вашем имени, которое я повторял, стараясь поцеловать его, пока оно не слетело с моих губ.
(с)