Зодиак
25 лет работы маньяка в новом фильме Дэвида Финчера.

Фильм Финчера — длинный, путаный, захлебывающийся в информации, которой одновременно слишком много и слишком мало, — допускает все версии, хотя разрабатывает одну, основную. Поскольку он сам по природе — уголовное дело, которое ведется от тела к телу, от улики к улике, от свидетеля к свидетелю. Хичкок лишь грозился экранизировать телефонную книгу, Финчер на самом деле экранизировал материал, близкий к ней по занимательности, — полицейские протоколы. И оценить степень виртуозности режиссера можно только на финальных титрах — когда осознаешь, что два с половиной часа не отрываясь смотрел фильм без героя, без кульминации, рассказанный тихой угрожающей скороговоркой. Финчеру удалось немыслимое: он дважды за десять лет сломал формулу одного из самых стандартизированных жанров — фильма-расследования. В «Семи» маньяк появился не в начале, не в конце, а в середине фильма. В «Зодиаке» он, возможно, не появляется вовсе.

Ему между тем и не обязательно появляться: Зодиак, очевидно, именно потому и заинтересовал Финчера, что он больше, чем конкретная личность с нездоровой психикой и убогой грамотностью, он фантом больного сознания, такой всеамериканский Тайлер Дарден. Благодаря этому мы счастливо избавлены от необходимости в сотый раз вникать в скучные мотивы и подробности тяжелого детства серийного убийцы: любовно выписанные Финчером детали, приметы времени — это и есть мотивы, это и есть изнанка дела. Восход Зодиака пришелся на закат затянувшегося в штатовских 60-х «лета любви» — когда случилось многократно описанное современниками внезапное отрезвление имени Вьетнама и Шарон Тейт. Бессмысленная, гипертрофированная любовь сменилась столь же необоснованной и чрезмерной ненавистью. Если кому-то просто весело любить людей — то, действительно, почему бы не найтись тем, кому просто весело их убивать.

Станислав Зельвенский, обозреватель «Афиши»