Есть что-то крайне интимное в том, чтобы в первый раз прикоснуться к своим лыжам в начале сезона.

Прикоснуться осторожно. Огрубевшими от мороза подушечками пальцев пройтись по твердому полиэтилену и остро-холодному канту. Не отрывая пальцев от металлической кромки, подняться вверх к самому носу лыжи. Повторить рукой изгибы ее наконечника.

Опускаясь вниз, задержаться на старых царапинах и зализанных парафином шрамах, вспомнить, скольких нервов стоил тебе тот скрежет камня, попавшего под ноги и с каким волнением, испугом и жалостью ты осматривал потом изрезанный скользяк.

Стиснуть лыжу в ладони приподнять на пару сантиметров от пола только для того, чтобы оценить ее вес, или вернее, весомость. Вспомнить эйфорию, которую каждая из них раз за разом дает тебе на склоне. Упереть хвост в пол и почувствовать упругое сопротивление.

Перевернуть лыжу и задержать ладонь на ее талии, потом аккуратно провести рукой по ложбинке рядом с креплениями и представить, что вот именно здесь обычно снег задерживается дольше всего, и растает только много после катания, оставив на полу комнаты крупные тяжелые капли. Или превратится в плотную льдинку, что отрывается от креплений и, плавясь, скользко опускается к хвосту.

Словом, страсть, трепет и непреодолимое желание.

Поехали уже кататься со мной кто-нибудь.